Армяне в Баку
Армянофобия в Азербайджане. Борьба с ксенофобией.

         
Армянофобия в Азербайджане. Армения Азербайджан, Ксенофобия
| Содержание >>
| Приложения >>
| Скачать >>
| Обсудить >>

Глава 3. Армяне в Баку

Одним из основных пропагандистских приемов Баку в деле распространения мифа о толерантности и приверженности к мультикультурализму, а также благодатной почвы для подпитки и насаждения армянофобии является тезис о 30 тысячах армян, проживающих в Баку.

Миф «о 30 тысячах армян» в Баку достаточно активно эксплуатируется азербайджанской пропагандой. Первым об этом заявил покойный «общенациональный лидер» Гейдар Алиев[83]. Далее цифра менялась в зависимости от конъюнктуры и необходимости. Так, вице-спикер парламента Зияфет Аскеров в 2008 году заявил: «В настоящее время в Азербайджане проживает около 50000 армян и они не сталкиваются с проблемами»[84]. В свою очередь председатель Социал-демократической партии Азербайджана Араз Ализаде «уменьшает» количество армян на 10 тысяч и упоминает о 40000 проживающих там армянах[85]. Заведующий отделом политического анализа и информационного обеспечения Администрации Президента Азербайджана Эльнур Асланов тем временем говорит уже о 20000 армян[68]. Депутат Ганира Пашаева ограничилась упоминанием «тысяч армян», не уточняя, сколько конкретно этих самых тысяч[87].

Между тем, согласно официальной переписи населения 1999 года, на подконтрольных Азербайджану территориях проживали примерно 645 армян[88], а согласно переписи 2009 года — 163 человека[89]. Здесь азербайджанская сторона использует тезис о том, что армяне проживают в Азербайджане без гражданства, поэтому в перепись не попадают.

Отметим, что невыдача на протяжении 20 лет документов по национальному признаку[90] уже является доказательством существующей политики апартеида и сегрегации, направленных против армян.

В исследовании «Этническая принадлежность как социальный статус и стигма: Армяне в постсоветском Баку», опубликованном «Фондом Генриха Белля»[91], автор Севиль Гусейнова отмечает, что «после распада Советского Союза проживающие в Баку этнические армяне потеряли свой статус равноправных членов местного городского сообщества. Это определяется не только этнической демаркацией населения. Статус полноправных членов общины был утерян в ходе нагорно-карабахского конфликта, так как национальность «армянин» практически стала синонимом слова «враг» и «другой». А продолжающийся конфликт стигматизировал этническую идентичность армян. Быть армянином и в то же время проживать в Азербайджане являлось противоречием и уже не соответствовало критерию «хороший гражданин». Самовосприятие армян, проживающих в Баку, формировалось в этом контексте.

Кроме того, информационное пространство города Баку и Азербайджана в целом пронизано идеологией, которая гласит, что стигматизированные жители Баку, коими являются этнические армяне, представляют угрозу или провоцируют негативные эмоции. Границы между стигматизированными людьми и «правильными людьми» четко обозначена. «В СМИ так же, как и в повседневной жизни, мы слышим концепции стигматизации: «исторические враги», «маленький армянский ублюдок», «Хачик» и т.д. Можно сказать, что этническая принадлежность становится качеством, которое отличает армян Баку от остальных жителей города и других граждан Азербайджана»[92].

После погромов на территории Азербайджанской республики и попытки ее полной деарменизации некоторые этнические армяне в силу тех или иных причин остались жить в Азербайджане.

Их можно разделить на несколько условных категорий с учетом того, что часто имеет место переход из одной в другую:

1. Пожилые, больные и одинокие люди, которые были не в состоянии уехать и не представляли себе жизни в другом, кроме Азербайджана, месте, поскольку они родились там и выросли, а уезжать им некуда и не к кому.

Сведений об их количестве и о том, как сложилась судьба тех, кто был оставлен на территории Азербайджана, нет. Но логично предположить, что основная их часть уже умерла по причине состояния здоровья, возраста и отсутствия должного ухода и социальной защищенности.

2. Люди, состоящие в смешанных браках. Люди из этой категории относятся к наиболее «благополучным» ввиду наличия защиты в лице мужей, детей. Как отмечает Севиль Гусейнова в своем исследовании[93], «это армянки, которые вышли замуж за азербайджанцев, чьи мужья и дети были гарантом их безопасности. Как правило, во время погромов их жизни были в меньшей опасности, дома их не были захвачены, и многим удалось сохранить свои рабочие места и собственность».

Однако, как показывают немногочисленные публикации и отчеты международных структур, и им нередко приходилось сталкиваться с проявлениями крайней, умеренной или латентной ксенофобии. И они в целях безопасности меняли внешность[a], фамилию и имя, место жительства и работы, а также скрывали свое происхождение, полностью адаптируясь под реалии современного Азербайджана, но в целом не жалея о сделанном выборе.

Лиана – Лейла[b]
«Я тогда уже официально поменяла свое имя и стала Лейлой. Но вскоре новые соседи, азербайджанцы, изгнанные из Армении, узнали, что я армянка. Поначалу они косились на меня. Когда я проходила по улице, они бранились за моей спиной, да так, чтобы я слышала. Их тоже можно было понять, они потеряли свой дом, кров, так же как и армяне, которые вынуждены были покинуть город, в котором жили десятки лет. Я понимала их недоброе отношение ко мне. Но так продолжалось недолго. Время все лечит, я узнала это не понаслышке. Соседи все же приняли меня, и у нас были очень даже хорошие отношения», – говорит Лейла. <…> в Лянкяране, кроме семьи мужа, никто не знает о том, что Лейла армянка – по национальности. <…>

Однако и среди этой относительно благополучной категории встречаются женщины, оказавшиеся в безвыходной ситуации, разделившие все тяготы армянского бытия в азербайджанском обществе. Представитель организации «Спасенные мощи» Мануш Худжоян рассказала, что в Баку осталась сестра одного из членов организации.

«Во время Сумгаитских погромов, когда все бежали, муж этой женщины убедил ее остаться, пообещав обеспечить ее безопасность, однако с началом карабахской войны сразу же развелся. Эта женщина, как и все остальные армяне в Азербайджане, живет в очень плохих условиях, без каких-либо документов. У нее по сей день паспорт гражданки СССР». Организация «Спасенные мощи» хотела помочь этой женщине и при посредничестве Красного креста вывезти ее в Армению, однако, серьезно опасаясь за свою жизнь, та отказалась обратиться в Красный крест[94].

3. «Homo soveticus» – те, кто надеялся, что «волна» пройдет, и все вернется в прежнее русло. Следует учесть, что погромы происходили еще при здравствующем СССР, и многие не могли и мысли допустить, что советское правительство не найдет способ исправить ситуацию. Через год, когда Союз распался, последовавший экономический коллапс и начавшаяся война против НКР сделали выезд невозможным – переход границы означал «засветить» себя и свое происхождение, а это было небезопасно.

Кямаля Есина-Карина Саркисян[c]
Она хотела уехать, но осталась. Сначала думала, что все уляжется, что это лишь страшный сон. Но с каждым новым днем события принимали очередной оборот. Соседи, родственники уезжали. В голове всплывали диалоги. «А ведь я это предвидел», – как-то сказал ее дядя в одном из «кухонных разговоров» и был прав. <…> Был конец 80-х… Сидя на кухне в полном одиночестве, она отвечала на вопросы своего монолога. Их было много. Но ответ был один – надо уезжать. Но куда? И зачем? <…>«Хорошо, родители не дожили до этих страшных дней. В конце 1980-х начале 1990-х соседи уехали. Навсегда. Слез было много. Безысходность, страх, обида», – вспоминает Карина. Уехали и ее родственники, жившие в соседнем дворе, – в январе 1990 года. <…> Когда они уезжали, она точно знала, что останется в Баку. <…> Фамилия у нее русская, дети считаются русскими и русских в Азербайджане не трогают,
«и меня тоже не тронут», рассуждала она. <…> Сегодня Кямаля Есина не жалеет, что осталась. Она не могла уехать. Но признается, что за эти годы сильно постарела… раньше времени

Жанна Шахмурадян[95]
Баку. Две женщины, армянки по национальности, получат удостоверения личности Азербайджанской Республики. <…> Ранее истец Ж.Шахмурадян обратилась в суд с требованием обеспечить ее дочь удостоверением личности АР. Истец обосновала свое требование тем, что она с 1966 года родилась и жила в Баку. В 1983 году ей в последний раз был выдан паспорт образца Советского Союза. Она никогда не покидала границ Азербайджана, но полиция отказала ей по известным причинам. Ж.Шахмурадян в 1992 году познакомилась с азербайджанцем. Некоторое время они состояли в гражданском браке, в результате чего родилась дочка Айла. Однако так как мать осталась без документов, ребенку не выдали свидетельства о рождении. Между тем Ж.Шахмурадян предоставила в Бакинский административно-экономический суд № 1 доказательства, что действительно на протяжении многих лет живет вместе с дочерью в Азербайджане. В результате суд поручил Главному управлению паспорта, регистрации и миграции МВД обеспечить женщин документами. «После того, как мы получим документы, в первую очередь я поеду в Россию, чтобы встретиться с матерью, которую давно не видела. Но я должна буду вернуться к дочке», – рассказала женщина.

  Нора Вартанесовна Варагян[96]
После решения Бакинского апелляционного суда в отношении Насиминского РУП истица Нора Вартанесовна Варагян обратилась с кассационной жалобой в Верховный суд. В настоящее время дело находится на исполнении судьи Судебной коллегии по гражданским вопросам Верховного суда Асада Мирзоева. Кассационная жалоба будет рассмотрена 8 мая.
Отметим, что Нора Вартанесовна Варагян в первые годы вооруженной агрессии Армении против Азербайджана – в 1991ом году вышла из прописки[d]по месту проживания в Насиминском районе. После этого она не была прописана ни по какому адресу. А в 2007-ом году она обратилась в паспортный отдел Насиминского РУП для получения удостоверения личности. Но паспортный отдел Насиминского РУП отклонил ее обращение по причине ее выписки, после чего Н. Варагян обратилась в местную судебную инстанцию с жалобой на действия должностного лица Насиминского РУП. Насиминский районный суд и Бакинский апелляционный суд не удовлетворили иск Н. Варагян

4. Люди, полностью интегрированные в азербайджанское общество и не желающие жить в другом. Их с армянской этничностью связывала только фамилия, но не самосознание. Пример: отец Эльвиры Мовсесян, обрекший свою семью и детей на десятилетия страданий и мытарств, или Анжела Оганова.

Анжела Оганова[e]
«Я очень люблю свой город. Я ни секунды не хотела уехать», – сказала мне при встрече Анжела Оганова. <…> В 1992 году она была вынуждена уйти с работы <…> «Она прибежала в офис Хельсинкской Гражданской Ассамблеи и стала жаловаться: соседи терзают, избивают» – рассказывает Саяд. После смерти матери перед Анжелой встала проблема, оказавшаяся неразрешимой. Нужно было перевести квартиру на свое имя. Да и не квартиру даже – комнату в коммуналке. Но соседи уже приватизировали остальную часть этой квартиры, и теперь им нужно было выжить, выдавить одинокую беззащитную женщину из ее комнаты. <…> в ЗАГС-е отказались принимать документы, потому что Анжела – армянка. Проблем прибавилось. Потом соседки, ворвавшись в комнату Анжелы, зверски ее избили. Она смогла дозвониться до Саяда. «Когда я позвонил в «Скорую помощь» и назвал ее фамилию, они отказались приехать. Тогда пришлось перезвонить и назвать имя и фамилию моей матери», – говорит Саяд.

Эльвира Мовсесян[f]
Эльвира Владимировна Мовсесян одна из таких. <…> Вот уже несколько лет она безуспешно пытается выехать из Азербайджана. У Эльвиры нет документов, а значит, она почти никто. Родилась в 1968 году в Шарурском районе Нахичеванской АССР (ныне Нахчыванская Автономная Республика Азербайджана). Мать – азербайджанка, отец – армянин. <…> В 1990 году отец поехал в Армению разведать, что и как. Пробыв там около месяца, он понял, что дорога в Армению для него закрыта – жена у него азербайджанка. К тому же он не знал ни русского, ни армянского языков, говорил только по-азербайджански.
<…>Вскоре за братьями пришли представители правоохранительных органов. Им сказали, чтобы они немедленно уезжали, пригрозив тем, что их могут арестовать по подложным фактам и осудить на долгие годы<…>. Соседи поделились на два лагеря. Одни нам помогали, другие были настроены воинственно – требовали, чтобы мы уехали. <…> Мы не могли выходить из дома, сидели безвылазно. <…>В 1999 году Эльвира решила взять фамилию матери. «Мама, бедная старая женщина, собрала все необходимые документы, но паспортный стол их не принял. Власти даже не стали рассматривать их. Более того, отобрали и советский паспорт Эльвиры вместе с собранными матерью документами.

Никто, даже азербайджанские исследователи[g], не знают, сколько таких людей в реальности и как сложилась их судьба. Но о том, как они живут, можно судить по немногочисленным публикациям и отчетам международных структур.

В Баку спасатели МЧС обнаружили труп пожилой армянки[97] Спасатели Министерства по чрезвычайным ситуациям обнаружили в Сураханском районе Баку тело пожилой женщины Как сообщили 1news.az в пресс-службе МЧС, на горячую телефонную линию ведомства – 112 – поступила информация о том, что проживающая в Сураханском районе Роза Байковна Багдасарова (1934 года рождения) долгое время не отвечает на стук в дверь и телефонные звонки
Спасатели МЧС оперативно прибыли на место происшествия. С соседнего балкона они проникли на балкон, расположенной на 6-м этаже квартиры Р.Багдасаровой. В квартире они обнаружили тело хозяйки, которая не подавала признаков жизни. Вызванные врачи установили, что Р.Багдасарова скончалась
В свою очередь, в Управлении полиции Сураханского района 1news.az сообщили, что 79-летняя женщина была армянкой по национальности, и она умерла естественной смертью.

Европейская комиссия против расизма и нетерпимости (ECRI) в своем отчете за 2011 год[98], изучив проблемы этнических армян, проживающих в Азербайджане, отмечает, что в Азербайджане есть люди армянской национальности, число которых колеблется от 700 до 30 000[h]. Они лишены возможности реализовать свои права как граждане Азербайджана, лишены социальной защиты. Они не обращались за получением азербайджанского паспорта при замене паспортов советского образца и сегодня фактически являются людьми без гражданства.

Учитывая, что в докладе отмечается то, что они услышали из уст чиновников, последнюю ремарку относительно того, что люди сами не обращались за документами, следует поставить под сомнение. Примеры Жанны Шахмурадян и Эльвиры Мовсесян свидетельствуют об обратном: они обращались и не смогли получить документы в установленном законом порядке. В итоге первая обратилась в суд, а вторая фактически нарушила закон, живя по чужим документам. И это не единичные случаи. Азербайджанская пресса сообщает еще о 30 обращениях в суд для получения паспорта[99].

Этнические армяне в Азербайджане и в повседневной жизни подвергаются опасности. Родившиеся в смешанных армяно-азербайджанских браках предпочитают брать фамилию родителя-азербайджанца во избежание проблем с бюрократической системой, а те, кто не имеет возможности сделать это, через суд пытаются доказать свое «азербайджанское происхождение», лишь бы иметь возможность интегрироваться в общество. Показателен пример Фирузы Багировой[i], которая в 74 года вынуждена была отказаться от своего отца-армянина, выставив мать в неприглядном для кавказского общества свете, только ради того, чтобы иметь возможность покинуть страну. 74 -летнюю Багирову не выпускают за пределы Азербайджана, увидев в удостоверении личности имя отца-армянина.

74-летняя женщина в Баку отказывается от армянского отчима, а 6000 долларов, отданные адвокату, пропали. В 1938 году Халима Багирова, будучи беременной, оставила своего мужа Ису Джафар-оглы и сбежала с армянином по имени Хорен Хачатурян. В тот же год появилась на свет ее дочь Фируза Багирова. Х.Багирова в свидетельстве о рождении ребенка указала имя отца как Иса Джафаров. Однако позже, при получении документов, Х.Хачатурян внес изменения и регистрировал свое имя в качестве отца. «Поэтому в части моих документов имя отца указано Иса, в другой части – Хорен, в остальных же графа отец так и осталась пустой» <…> 74-летняя Фируза Багирова, между тем, говорит, что ее не выпускают за пределы Азербайджана, увидев в удостоверении личности имя отца-армянина. «Я объездила весь Азербайджан. Хочу вернуть имя отца-азербайджанца, чтоб суметь поехать в Мешед и Кербелу».

Отсутствие документов лишает их доступа к элементарным гражданским правам: получения социальной помощи, трудоустройства, медицинского обслуживания, пенсии, возможности покинуть страну.

Анонимный автор на страницах Day.az  описывает положение армян следующим образом:

«Граждане Азербайджана армянской национальности зачастую предпочитают умалчивать проблему, нежели поднимать ее на уровень соответствующих инстанций. Так, многие из респондентов до сих пор не могут добиться того, чтобы им выплачивали законную пенсию. На все жалобы они, как правило, сталкиваются с нижеследующей формой ответа: “Вам еще хватает наглости пенсию требовать? Да вы спасибо должны говорить, что мы вообще позволяем вам здесь жить!»[100].

Как отмечается в докладе ECRI, политика СМИ и официальная идеология Азербайджана привели к тому, что быть армянином оскорбительно, а заявление об армянском происхождении вообще может стать причиной судебного расследования, а также причиной потери работы. Азербайджанские ресурсы пестрят призывами к увольнению с работы не только армян, но и тех, кто состоит в родстве с армянами (имеют мать, бабушку или супругу-армянку).

Азербайджанский сайт «Pia.az»[101]опубликовал материал под заголовком «Позорный факт в образовательной системе» о том, что директор 246 школы в Бинагадинском районе Баку Эльза Тагиева является армянкой по материнской линии. В материале говорится, что министр образования Азербайджана Мисир Марданов «доверяет воспитание подрастающего поколения Азербайджана врагам тюрков». Автор материала задается вопросом: «Как можно доверить процесс обучения и патриотического воспитания детей, являющихся нашим будущим, полукровке-армянке?».

Помимо трудностей и опасностей, коими богат быт этнических армян в Азербайджане, они подвергаются ежедневным оскорблениям и прессингу со стороны представителей власти, интеллигенции и других сограждан в прессе, официальных выступлениях, публицистике, социальных сетях. Причем риторика, направленная на унижение и оскорбление армян как этнической единицы, активно подогревается со стороны властей Азербайджана.

Публицист Чинара Вюгар: «Присутствие в Баку до сих пор армянских женщин разрушает нашу семейную жизнь. <…> До чего же мы докатились, что когда умирает армянская мать или бабушка какого-то чиновника, простого главного врача, директора школы, мы, не стыдясь, участвуем в похоронах, потому что зависим от них. Я уже не говорю о том, что находятся и такие, которые плачут, льют слезы на похоронах армян.<…> До какой же низости мы дошли, что отправляя сватов, беря в жены девушку или выходя замуж, мы поднимаем на ноги чуть не все правоохранительные органы, чтобы выяснить, есть ли в роду невесты или жениха армянские корни? И, сами того не зная, оскверняем нашу честь этой собачьей кровью»[102].

Гюнель Мехди:[103] «Сегодня у нас в стране, живущей в условиях войны, проживают припеваючи более 30 тысяч армян. Мало того, теперь они и не скрывают своего происхождения и в массовом порядке восстанавливают документы, многие из них работают высокопоставленными чиновниками. Все они воспитывают своих детей в духе ненависти к азери и каждый день напоминают им, что азери есть их враги. А мы своих детей пугаем какими-то дикими зверьми, в то время как армяне хуже всяких зверей. <…> Пока в нашей стране живут армяне, мы не сможем решить карабахскую проблему
На днях у нас в центре Азербайджана, в столице, в Баку, появились самые «юные» граждане Азербайджана. Это Жанна Шахмурадян и ее дочь. Вы только посмотрите на степень наглости. Мало того что они десятками тысяч свободно проживают у нас под другими фамилиями. Теперь же через Миграционную службу и суды  добиваются  выдачи документов под родными армянскими именами».

Но интересен тут не сам процесс, а реакция на него азербайджанского сообщества в социальных сетях и на форумах. У многих рядовых азербайджанцев вызывало искреннее удивление, что «эти наглые армяне» мало того, что живут в Азербайджане, так еще и смеют качать права. Поток агрессивной риторики среди обычных пользователей сети из Азербайджана достаточно показателен. Некоторые требовали выдать адрес армянок, чтобы расправиться с ними, а некоторые предлагали «использовать этих армян в пропаганде». И та, и другая сторона реакции интересны для изучения, поскольку выявляют тот пласт реального отношения к армянам, которое в Азербайджане тщательно маскируется от внешних глаз[104].

Ни для кого не секрет, что Азербайджан нельзя отнести к разряду благополучных с точки зрения общеевропейских ценностей стран, и там все чаще выявляются нелицеприятные факты коррупции, беспредела в армии, повышенной криминогенной обстановки и неблагополучной социальной ситуации. И армянам, проживающим в Азербайджане, приходится, ко всему прочему, нести навязанный пропагандой груз ответственности за все происходящее в Азербайджане.

«Сегодня армяне представлены практически во всех структурах власти и общественно-политических организаций, и с каждым днем они продвигаются вверх по карьерной лестнице. Сегодня они способны снова ввергнуть нас в пучину событий 1993 года, поставить под удар саму нашу государственность. В городе сегодня созданы и процветают многочисленные религиозные группы, течения и секты, инициаторами и руководителями которых являются армяне. Изо дня в день они создают проблемы и чинят препятствия гражданам Азербайджана, отравляют им жизнь»[105].

«У бывшего министра экономического развития Азербайджана Гейдара Бабаева был водитель по имени Гариб, но сам министр подозрительно звал его Гарик. <…> Проведенное расследование в рамках операции «Охота на ведьм» выявило ужасающий факт – этот Гарик имел армянские корни. <…> Представьте только, министр экономразвития доверил руль армянину, который долгие годы был его водителем. Человек, занимающийся проблемами развития нашей страны, впустил армянина в эти важные процессы. Печальный итог этого нам известен. И сегодня в этом Министерстве экономическое развитие страны в руках чужаков. <…> Теперь уже бывший министр не только не расстался со своим водителем, но и сделал ему новый паспорт и поменял его имя на Гариб»[106].

«Группа курсантов Военной академии Азербайджана написала в редакцию газеты «Азадлыг» письмо, в котором рассказывает о невыносимых условиях учебы. <…>Руководитель академии – Наджаф Гамбаров является студенческим другом министра обороны Сафара Абиева и во времена работы в военном комиссариате был известен темными делами. В 1993 году Н. Гамбаров сдал воинскую часть, которой руководил, мятежному полковнику Сурету Гусейнову и сбежал. Также он обвиняется в том, что у него жена-армянка»[107].

Справедливости ради необходимо отметить, что встречаются мнения, которые наиболее точно отражают недоумение рядового гражданина по поводу расхождения декларируемых ценностей и призывов с истинным положением вещей.

«На самом деле, как бы прискорбно ни звучало, мы не должны одной рукой убеждать армян Карабаха принять наши условия о самой высокой степени автономии, и с другой стороны отказывать гражданам Азербайджана армянской национальности в выдаче документов и т.д. и т.п. Мы должны действовать наоборот, тем самым, как бы на деле, гарантируя жизнеспособность и безопасность армянской общины Карабаха, согласись они на автономию в составе Азербайджана»[108].

Вследствие развернутой армянофобской политики, долго и тщательно скрываемой в Азербайджане, выжившие армяне, по каким-то причинам не сумевшие своевременно покинуть республику, фактически поставлены в маргинальное положение, выведены за черту, где они – граждане второго сорта, вечное напоминание об уязвленном самолюбии и вечные ответчики за грехи, которых не совершали.

«Не знаю ни одного факта ущемления прав армян, проживающих в Азербайджане», - сказал Гейдар Алиев на встрече в Президентском дворце с журналистами Грузии и Армении, принимающими участие в конференции, проводимой в Баку в рамках проекта «Поддержка медиа» Женевским институтом строительства демократии, 1 июля 1999 года[109].

 

предыдущая _____________________________________________________ следующая

 


[a] Севиль Гусейнова (указ. соч.): «Другая женщина рассказала, что у нее появилось чувство стыда, что кто-то на улице может указать на нее и сказать, что она армянка. Это чувство стыда приводит к необходимости изменения внешности, что проявилось, к примеру, в перекрашивании волос в светлый цвет, чтобы подчеркнуть свою «русскость». Также изменялись имена и отчества, чтобы они звучали более привычно для местного уха»,- пишет автор.

[b] «Лиана-Лейла: «Не жалею, что осталась в Азербайджане»». См. приложение

[c] «Хочу, чтобы все вернулись в Баку!» См. приложение

[d] В переводе на обычный язык - у нее отобрали квартиру и выгнали из дома.

[e] «Анжела Оганова». См. приложение

[f] «Человек ниоткуда». См. приложение

[g] Речь именно об исследователях, а не пропагандистах. Цифра 30 000 не нашла своего подтверждения ни в одном из источников, кроме как со ссылкой на представителей азербайджанской власти, которые не указывают ни данные переписи, ни результаты конкретных исследований.

[h] Согласно переписи населения 1999 года в Азербайджане проживает 120 700 армян. В эту цифру азербайджанские чиновники включили число жителей зоны Нагорного Карабаха, которое, по их мнению, составляет 120 000. По официальным данным Азербайджана, фактически в республике проживает 700 армян. Но в то же время в докладе ECRI, со ссылкой на слова азербайджанских чиновников, утверждается, что на самом деле число армян достигает 30 000.

[i] «Фируза Багирова». См. приложение